вторник, 9 апреля 2013 г.

Уильям Шекспир «Венецианский купец»


Собираешься мстить - копай две могилы: одну для врага, другую для себя.     
(китайская мудрость, приписываемая и Конфуцию)
Принцип «око за око» нередко приводит к полной потере зрения.
(авторства, к сожалению, не помню)


То, что для венецианского купца дело скоро запахнет керосином, угадывается уже с первых строк: Антонио пребывает в необъяснимо печальном настроении. Я бы сказала, что здесь просыпается чутье или срабатывает интуиция, называйте, как пожелаете.
           
            Антонио. Предприниматель, богатый купец. Торговые дела его идут превосходно: солидный капитал, свой товар, собственный транспорт.  Он серьезный бизнесмен и имеет хорошую репутацию в деловых кругах. Трудоголик, конечно, весь в работе. Только что отправил большую партию товара к местам назначения.
Может эта история была бы совсем другой, если б Антонио не конфликтовал с евреями-ростовщиками. Евреи (на протяжении многих веков) -  не слишком-то популярная нация, да и занятие у них малопочтенное, но поведение Антонио совсем уж вопиющее. Не любишь – не люби, дело хозяйское, но он ведет себя с ними как отъявленный шовинист и юдофоб: открыто презирает и оскорбляет, не ограничивая себя ни в словах, ни в действиях. Преотвратно, в общем, ведет.
Мало того, он постоянно ставит их гешефту палки в колеса, ссужая страждущих деньгам без процентов. Он наносит большой вред делам, ведет себя как злостный конкурент, а, что обиднее всего, навара на этом не делает. Отношения, короче, натянуты сильнее некуда.
Но в целом, в городе Антонио считается неплохим парнем (друзья-приятели в наличии и о нем беспокоятся). Удивительно, что при таких деньгах, никто не говорит об его амурных похождениях: нет ни возлюбленной, ни невесты, ни подруги. Даже никакая куртизанка рядом не ошивается, а ведь эти акулы любовного фронта быстро прибирают к рукам дяденек с тяжелыми кошельками.
И хотя в связях, порочащих его, не замечен, Антонио питает подозрительно нежные чувства к своему молодому другу.

Итак, купца снедает грусть-тоска. Друзья ищут причину его меланхолии и грешат на трудности бизнеса. Ведь товар на воде, а она стихия коварная: море волнуется раз – и денежки тю-тю! Антонио отнекивается, не с того ему взгрустнулось. «Может, влюблен?» - домогаются приятели. И опять не то.
Не то? Ой, ли? И в тот момент является Бассанио. Он, вроде как, родственник купца, но поскольку степень родства нигде не уточняется, да и упоминается о родне раз и вскользь, то, скорее всего, это «нашему забору двоюродный плетень» и все привыкли считать его другом Антонио.

            Бассанио. Собственно, этот раздолбай и стал причиной заварившейся каши. Легкомысленный паренёк привык пожить на широкую ногу, а денежку считать не привык, не умеет и не хочет. Потому и промотал все, что можно и капитально задолжал всем, кому можно (прежде всего нашему купцу). Но у этого вертопраха хватило наглости клянчить ещё. Похоже, для Бассанио не секрет подлинные чувства друга к нему, и он беззастенчиво пользуется слабостью Антонио.

Бассанио поведал, что влюбился в богатую наследницу. «Ах, какая девушка! - заливался он соловьём. – Готов жениться. Но ведь пред ясными очами невесты с голым задом не покажешься! Надо хоть видимость благополучия состряпать. Поэтому, друг мой, я был бы крайне признателен, если б ты ссудил мне немного грошиков.»
Тот и рад помочь, да у него, как у многих бизнесменов, с наличкой туго – все деньги крутятся в деле. Но можно взять кредит под предприятие или, допустим, он может стать поручителем, если Бассанио найдет деньги. Он отдаст всё, что нажито непосильным трудом, только б другу было хорошо.  А теперь скажите, почему деловой человек готов это сделать?
Поинтересуйтесь у любого предпринимателя: может он рискнуть всем своим состоянием ради малообоснованных мечтаний друга, который весь в долгах, как в шелках,  и без перспективы обретения финансовой стабильности? А Антонио может!
И ведь речь здесь не идет о жизни или смерти, речь идет о сватовстве с непредсказуемым результатом, о новой блажи безответственного юнца. Но он действительно готов отдать всё.  И это можно объяснить лишь беспредельной любовью.
 Кака любовь?- спросите. Така любовь… Антонио постоянно говорит другу, что любит его, что он готов  брать на себя и решать его проблемы.  Да, он любит Бассанио, искренне и безнадежно, и для обожаемого существа сделает, что угодно. 
А этот бестолковый щенок просит кредит у Шейлока. А брать деньги у Шейлока – большая ошибка!
           
            Шейлок. Еврей-ростовщик. В давних контрах с купцом. Что он чувствует к Антонио объяснять, думаю, не надо. Он его ненавидит. Всей душой. За всё: за другую веру, за хулу, за оскорбления, за потерянную выгоду. За нравственные и  физические страдания.  За причиненный моральный вред и нанесенный финансовый урон. НЕ-НА-ВИ-ДИТ!!!

В общем, не в ту лавочку зашёл пустоголовый Бассанио. Антонио претит мысль брать в долг, тем более у Шейлока, но ради любимого друга он решает поступиться принципами. Ростовщик, однако, не торопится давать деньги. Он делает туманные намеки на ненадежность богатства купца, припоминает тому откровенно издевательские выходки и непотребное поведение. Антонио же нисколько не раскаивается и, полностью уверенный в собственной непогрешимости и безнаказанности,  ведется себя с Шейлоком привычно, то есть абсолютно по-хамски (совсем мужик ума лишился!). 
Но! Сила действия равна силе противодействия, угол падения равен углу отражения, и как аукнется, так и откликнется.
Не делайте из Шейлока чудища, сеньор! Шейлок-таки хочет с вами дружить! Конечно, он даст вам сколько надо. И даже не возьмет процентов! Только неустойку. Если, конечно, уважаемый купец не вернет (ну, мало ли?) всю сумму в срок. Что за неустойка? Да, шутки ради, напишем в расписке, что Шейлок вырежет из вас, любезный, фунт мясца. Там, где пожелает. Что скажете, почтеннейший?
Бассанио пытался было квакнуть, что при таком раскладе не надо и денег, но, вообще-то, сильно не сопротивлялся.  Да и нашла уже коса на камень.  «Ладно, собака, не думай, что меня «на слабо» можно взять»,-  решает Антонио и подписывает вексель.  Нотариально заверенный приговор самому себе.  А другу, в гордыне непомерной, заявляет: «Не трепыхайся, малец! У меня денег скоро будет завались, рассчитаюсь с жидом в срок  до копеечки».  Вот так и суют неразумную головёнку под топор. 
Деньги получены. Бассанио едет свататься к Порции.

            Порция. Вот и четвертый наш герой, точнее, героиня. И, по большому  счету, главная-то здесь именно она.
О, Порция! Прекрасна ликом и набита добродетелями, как подсолнух семечками. На редкость привлекательная невеста: приданое + красота – и мужиков можно грести лопатой. Соискатели руки бродят вокруг нее стадами.
 Но златокудрая обворожительница  -  женщина большого ума!  Она, пожалуй, самый здравомыслящий персонаж во всей пьесе. Хорошо образована, сообразительна,  мудра и справедлива, видит людей насквозь.  И очень остра на язык: хорошо, что женихи не слышат ее убийственных характеристик.
Не лишена здорового авантюризма. Но, как любая женщина, имеет слабости, и самая большая  из них – Бассанио. Она в него влюбилась.  

Тут надо начать с отца. Папенька у Порции был башковитым и изобретательным, и очень любил дочурку.  Чтоб удачно выдать замуж свою кровиночку, и чтоб ей, как его не станет, не выскочить замуж за какого-нибудь пройдоху и охотника за деньгами, он придумал лотерею «Выбери ящик».  Что-то типа «на право пойдешь  - коня потеряешь…». Кто верный выбор сделает, тому и доча с приданым отойдет.
Немало высокородных особ неизменно прокалывались, пока не явился этот юный кавалер. Угадал! (Если бы он провалил экзамен, Порция, скорее всего, отказалась бы от дурака, лучше будь один, чем вместе с кем попало!) Похоже, любовь заставила Бассанио соображать энергичнее.
И в тот момент, когда молодёжь должна вот-вот обвенчаться, приходят дурные вести.
Гордыня – большой грех, и Антонио получи-таки по носу. Его корабли затонули, платить по векселю нечем, он  банкрот. Шейлок потирает руки: час пробил!  Теперь-то он прищучит этого высокомерного ублюдка, отыграется за все унижения. Готовь свою тушку, Антонио, Шейлок жаждет крови!  Он в своем праве. Я буду мстить, и мстя моя страшна.
Порция готова перекупить вексель и отправляет супруга (да-да, настояла, чтоб  быстренько поженились) в  Венецию. Но, поскольку она  умна и не особо надеется на способности своего мальчика-мужа решать проблемы самостоятельно (тот больше языком горазд, с делами-то у него хуже), то сама едет следом, чтоб осмотреться на месте. Хочешь, что бы дело было сделано хорошо — сделай его сам.
Правильно, в общем, решила: мужики, заинтересованные в благополучном исходе дела, как-то не озаботились хорошим юристом. Под видом ученого мужа, доктора юриспруденции, Порция берётся консультировать дожа в этом странном деле, берется быть судьей. Смелая женщина!
Сначала, как добрый человек, она пытается решить дело миром.  Какие речи она толкает в суде, как  давит на жалость, уговаривая Шейлока проявить милосердие! Сколько раз она просит  того отказаться от смертоубийственных планов, давая ему шанс. Прежде всего, на собственное спасение.
Но без толку! Тот уперся, как баран. Ему уже не нужны деньги, да, по-правде, и не были они нужны. Он жаждет мести. Ослепленный ненавистью, упиваясь ею и задыхаясь от нее, Шейлок, утратив всякий ум, отказывается от этого шанса. Dura lex sed lex - Закон суров, но это закон. И этого обуяла гордыня! Излишняя самонадеянность порой очень жестоко наказывается.
Не знал венецианский ростовщик русской мудрости -  закон что дышло: куда повернул, туда и вышло. А Порция внимательна к деталям и креативна. И не зря, наверно, во все времена хорошие адвокаты хорошо оплачивались.  Решительно, не отходя от буквы того самого закона, она переворачивает дело с ног на голову (или обратно, тут уж как посмотреть). Ответчик превращается в истца, а потерпевший в обвиняемого, и закон карает того, кто желал бы сам карать с его помощью. Порция трактует и документ, и ситуацию в пользу того, кому намерена помочь. Гениальный защитник!
Для Шейлока история закончилось более чем плохо: он теряет ВСЁ.  Для Антонио  история закончилось более чем хорошо: нервы только потрепали изрядно, а так жив-здоров, да ещё и с наваром. Собственно, они друг друга стоят. Антонио – наказали за глупость (любовь-любовью, но мозги надо по назначению использовать, и помнить, что с неубитого медведя шкуру не сымают, а береженого Бог бережет),  за заносчивость и  высокомерие (К людям надо относиться мягше, а на вещи смотреть ширше), но простили за жертвенность. Шейлоку давали шанс на спасение через прощение и милосердие – он же (тоже не от большого ума) отказался, за что и  был наказан.

Повезло, что Бассанио влюбился не пустоголовую красотку. Что было бы, не возьмись за дело умная женщина? Был бы труп. Антонио бы умер, а Бассанио всю жизнь казнился, что из-за его глупости друга нет в живых.  Да, с такими друзьями и врагов не надо.

Этот набор главных лиц - четверка, квадрат, крест. Перевязанные и перекрещенные друг с другом, похожие друг на друга. Вертикаль  Порция-Шейлок, и горизонталь Антонио-Бассанио. И хотя видимое противопоставление Антонио – Шейлок, но здесь это, все же, Шейлок и Порция, месть и милость.
Наверху всегда Порция. Или так: женщина – один полюс, а на другом – трое мужчин, которым трудно договориться, понять друг друга без взаимных упреков, оскорблений, желания унизить. Мужской мир, где побеждает женщина, где она умиротворяет, награждает и наказывает. И где защитная мужская формула «Послушай женщину и сделай наоборот»  может иметь фатальные последствия. Где нужно просто послушать женщину…



От себя очень порекомендовала бы посмотреть фильм 2004 года, где Шейлока совершенно фантастически играет Аль Пачино. Абсолютно трагическая роль, исполненная с такой силой, что я, признаюсь честно, прониклась судьбой несчастного жида: в финале мое сердце сжималось от жалости, я сочувствовала Шейлоку и оплакивала его.

вторник, 26 февраля 2013 г.

Иван Сергеевич Тургенев "Дым"

Все дым....




Все романы Тургенева - это романы о любви. Любви, которая в каждом романе своя. "Дым" - один из последних романов автора, в котором отразилась вся горечь, вся неустроенность этого прекрасного чувства.
Этот роман всегда расматривают с точки зрения общественного движения и рассуждают о том, разочаровался ли Тургенев в своих взглядах или нет.
А только на первый план здесь выходят отношения.
Главный герой Григорий Литвинов был когда-то влюблен в Ирину Осинину, да только не сложилось. Ирина вышла замуж за другого, Литвинов собирается жениться.
И вдруг неожиданная встреча в Баден-Бадене. И чувства вновь вспыхнули, и непонятно что делать и как поступать.
И получается, что невеста побоку, муж тоже. Герои хотят уехать. И Литвинов уже в вагоне, а Ирина на перроне. "Поезд тронулся, господа присяжные заседатели.." (ой, это кажется не отсюда, но в тему), и Литвинов едет в Россию, чтобы зализывать раны, чтобы понять, что "лучше синица в руке, чем журавль в небе". И еще, понимает он, что все дым и куда подует ветер, туда и повернется жизнь человека и жизнь страны.
И здесь  подходят слова из песни "все пройдет, как с белых яблонь дым...". Невозможно вернуть былое, нельзя строить свое счастье на боли других.
У романа, как ни странно, хеппи-энд. Литвинов едет к невесте с повинной головой, и, наверное, та его простит.
Роман стоит почитать, потому что автор говорил, что это его единственная дельная и полезная вещь.

четверг, 21 февраля 2013 г.

Александр Пушкин «Метель»


Суженого конём не объедешь
Народная мудрость


               Даже если не читали вовсе, то хоть краем уха, но историю эту слыхали многие.
            Юная барышня, натура в высшей степени романтическая, полюбила бедного молодого человека и тот отвечал ей полной взаимностию. Отец и мать девушки выбор дочери не одобрили и принимали молодца весьма прохладно. Поняв, что в смысле «руки» пареньку ничего не светит, молодые люди, охваченные взаимной страстью и нетерпением, решают тайно пожениться, а позже броситься в ноги родителям в надежде на прощение и благословление.
            День венчания выбран был крайне неудачно: мело-с. И, знатно, скажу я вам, мело! Вроде и терзали барышню смутные сомнения, что не к добру метель, а к венцу-таки поехала. Как же, любимый ждёт! Ждёт? Ну-ну!
            Надо сказать, что молодежь отправилась к церкви разными дорогами и разным транспортом, что имело роковые последствия для всего предприятия. Машенька прибыла к месту вовремя, а вот жених ее крепко заплутал в снегах.  Явился он в храм божий только к утру, да было уж поздно – невеста его стала чужою женой. И кто был тот муж-тать, никому не ведомо.


            Невероятнейшая история! Если бы все открылось, то скандал был бы неминуемый и грандиозный, репутация девицы была бы погублена навсегда. Но свидетели злосчастной свадьбы по разным соображениям набрали в рот воды и огласки это странное событие не имело. Несостоявшийся жених в расстроенных чувствах отбыл в армию, где вскоре, на войне 1812 года, был сильно ранен и умер.
            Наполеон повержен, мир, солдаты возвращаются домой. Жизнь налаживается. После смерти папеньки, Марья Гавриловна остается богатой наследницей (да, притом, прехорошенькой). Соискатели начинают виться пчёлками вокруг сего цветка. Но Машенька хранит память об умершем женихе, и ни к кому не благосклонничает.
            Среди женихов того периода особо ценились офицеры – герои Отечественной войны. В окружении Маши появляется новый кадр -  гусарский полковник Бурмин. Молодой, с Георгием в петлице, у него ранение и интересная бледность. Девичья мечта во плоти. Поговаривали, что раньше он был изрядным повесой, но с Марьей Гавриловной он прост, тих и молчалив. Она чувствует, что нравится полковнику. Но почему же тогда он до сих пор не объяснился с ней?
            Девушка пускает в ход некоторые женские уловки, весьма, впрочем, невинные, и достигает цели: Бурмин впадает в крайнюю степень задумчивости и бросает на Машеньку горящи взоры. Объяснение не заставляет себя ждать, полковник решился во всём сознаться. У него есть страшная тайна.
            Здесь я хочу остановиться. Именно на финальной сцене. На мысли, что последуют дальше, меня навел, как ни странно, старый фильм 1964 года. В нем холодноватая Марья Гавриловна – это Валентина Титова (актриса для меня не слишком знакомая, хотя снималась она довольно часто), ее пылкий наивный жених – совсем юный Олег Видов (царь Гвидон из знаменитой «Сказки о царе Салтане» и бесстрашный мустангер Морис Джеральд из «Всадника без головы»). Ну, а Бурмина блестяще сыграл Георгий Мартынюк. Молодым вряд ли что скажет эта фамилия, а для тех, кто постарше, он тот самый незабвенный Пал Палыч Знаменский из телесериала «Следствие ведут ЗнаТоКи». «Метель» Владимира Басова была много раньше «Знатоков» и молодой Мартынюк здесь очень органичен. Почему режиссеры мало использовали такую фактуру в исторических фильмах, для меня загадка.
            На мой взгляд, эта повесть неважно ложится на пленку, и тем приятнее, что фильм получился. Здесь и хороший актерский ансамбль, и необыкновенная музыка, и отличная операторская работа, а за всем – крепкая режиссерская рука, ведь простые истории (тем паче классику) снимать много сложнее, чем насыщено драматические.  В фильме очень мало текста на час с небольшим экранного времени, мало диалогов, но смотрится картина с интересом.  Очень душевно снято. Я не пожалела о потраченном времени.
            Но вернусь к финалу повести. Бравый гусар решил исповедоваться даме сердца. И, да простят меня пушкинисты и сочувствующие, я буду утверждать, что Бурмин отлично знал что и кому он говорит. Он узнал Марью Гавриловну. Сцена признания была им заранее полностью просчитана и проведена как победоносная военная кампания. Возможно, за такие крамольные мысли меня предадут анафеме, но постараюсь объяснить, с чего вдруг такие выводы.
            Итак, Бурмин знакомится с Марьей Гавриловной и всё поначалу идет нормально: он чувствует симпатию, влечение, день за днем он привыкает видеть ее и, наконец, влюбляется. И вдруг, он её узнаёт! Катастрофа! Он понимает, что оказался в двусмысленной и опасной ситуации: предмет его мечтаний – та, кого он безжалостно обманул, над чьи чувствами жестоко посмеялся.          Что же делать? Уехать и все забыть, затеряться на просторах родины? Еще раз сбежать от ответственности? Но он уже не тот глупый бессердечный мальчишка, что был до войны. Этот вариант для Бурмина – не вариант. Что ж он, герой, как заяц будет всю жизнь по кустам прятаться? Не то!
            Ничего не говорить и жениться на Марье Гавриловне, которая, похоже, ни о чем не подозревает? Перед Богом он будет чист, да и перед женой, хотя и тайно.   Но имеются ещё и свидетели. А вдруг они заговорят? А вдруг она сама всё вспомнит? Нет, дело нельзя пускать на самотёк. Мы сами кузнецы своего счастья.
            Но как признаться во всем с минимальными потерями? Реакция девушки непредсказуема, но хорошего явно ждать не приходится. Что если Маша, узнав правду, проклянёт его за свою погубленную любовь и порушенную жизнь?
            Вот тогда-то Бурмин и впадает в задумчивость: он ищет выход из ситуации. И находит, недаром он такой молодой, а уже полковник. Наступает решающий миг, и гусар атакует. Сцена выстроена гениально.
            «Я люблю Вас страстно», объявляет Бурмин, и  первый удар точно в цель. После таких слов любая женщина, как бы не относилась к говорящему, начинает подтаивать. «Вы моё мучение и отрада» - наступает полковник, и всё идет по плану.
            «Но у меня есть ужасная тайна (вот она, всеобщая дамская слабость), между нами преграда (для русской женщины любая преграда – с полпинка), Вы терзаете меня (слегка помучить влюблённого мужчину – не в том ли особая сладость)». А дальше…
            Он женат. Но не знает на ком. Это было давно. Сильная метель. Заблудился. Двинул на огонёк. Церковь. Все торопят, пора начинать. Венчание. «Целуйтесь!» Глаза в глаза. «Не он!!!» Невеста в обмороке. Свидетели в изумлении. А он, как последний трус, бежал. Исчез, как тень в полдень. И он ни сном, ни духом  где это случилось, и кто была его невольная жена.
            И раскаяние, раскаяние…..
            После такой речи, все плюсы мужчины, как на ладони.  Он любит, у него честные намерения и,  если б он мог, она тотчас бы была его. Но он серьёзно относиться к браку, даже к такому случайном. Тем более, к такому. Он сожалеет, он раздавлен, но он должен нести этот крест безропотно. Должен ответить за свой грех, даже ценой своего счастья. Но Марья Гавриловна навсегда останется его путеводной звездой.
            Ну и как не простить этого грешника?! «Вы не узнаёте меня?» - вопрошает Маша и Бурмин падает к её ногам. Занавес!
            В рассказе полковника была пара весьма любопытных фраз. А именно: «Она показалась мне недурна» или «Она обратила ко мне бледное лицо своё…». У этого бравого вояки было хорошее зрение, раз в свете церковных свечей распознал миловидность полуобморочной девушки. Да и время было рассмотреть: венчание, сколь бы ни было скоротечно, все же не пять минут идёт. Церемония мало занимала вояку, он смотрел на невесту и развлекался, как умел. Для него это было занятное приключение.
            Маша, конечно, могла бы уцепиться за эти оговорки, но под напором чувств этого блестящего офицера не обратила на них внимания. Оно и понятно – стратегия и тактика разговора были безупречны. Этим признанием полковник обезопасил себя со всех сторон, возвел все мосты и укрепления.  
            В том, что Марья Гавриловна простила Бурмина, у меня сомнений нет – сердце не камень. Но вот какое будущее их ждёт – тут возможны варианты. О том, что гусар влюблён, мы знаем лишь с его слов, а Маша полковника отличала, но о любви с её стороны речи не было. Даже если между героями всё сладится, то как-то Маша должна будет объясниться со своей бедной маменькой. И что будет говорить Бурмин своей родне (если таковая имеется, в тексте о ней не слова) и прочим любопытствующим элементам? Этой паре нужно будет лепить удобоваримую легенду и утрясать формальности. В общем, строить версии их отношений – что вилами по воде.
            «Метель» - чудная вещица! Краткая, ёмкая, выразительная.  Насыщенная и ироничная. И, по хорошему, очень простая и понятная. А то, что Александр Сергеевич оставил своих случайных супружников в таких туманных перспективах, так у читателя имеется прекрасная возможность пофантазировать, как заблагорассудится.
            На этой ноте позвольте откланяться. Прощаясь, я размышляю: а не замахнуться ли мне на Вильяма, нашего, Шекспира?
            Всего доброго и хороших вам книг!
           



среда, 20 февраля 2013 г.

Генрих Бёлль "Бильярд в половине десятого"

Один день... или целая жизнь???

Это одна из тех книг, которые навсегда останутся в моем сердце, а таких совсем немного.
Есть ли в ней интрига? Да.
А захватывающий сюжет? Тоже да.
А возможность пофилософствовать? И опять таки да!
Определенно, один день  может многое решить в нашей жизни. Поменять все с ног на голову.
Таким днем для семьи Фемелей становится 6 сентября 1958 года.
Фемели - немцы, семья, которая пережила ВОЙНУ, а это многое объясняет, и не объясняет ничего.
Отец, который построил Собор Святого Антония. Сын - который его взорвал. Мать, которая находится в лечебнице. Внуки, которые расхлебывают все это.
Все сходится в одной точке - 6 сентября. Перейдет ли семья в День Седьмой???
И с чем каждый из них перейдет в этот День?
Книга оставляет больше вопросов, чем дает ответов.
И становится немного жутковато от того, какой след оставляет война, какое разрушение и какой разлом идет не только по материальным ценностям: зданиям, сооружениям, но какое разрушение оставляет война в человеческих душах.
Это драма целого поколения, целого народа, только показанная на примере одной семьи. А сколько таких, по которым потопталась война и оставила на произвол судьбы.
Любой из героев стоит перед выбором, от которого будет зависеть дальнейшая жизнь его самого, его семьи, его детей и внуков.
Вещь актуальна и в наше время, когда выбор стал еще труднее.






понедельник, 18 февраля 2013 г.

Сборник "Шерлок Холмс и не только"

Даже самая старая книга - животрепещущая  новинка для того, кто ещё не читал её.   Сэмюэл Батлер


Классика. Боже мой, как это скучно скажете Вы. Зубы сводит при одном только ее упоминании, настолько вымученно школьно это звучит. Хотя возможно, не скажете. Я скажу, честно и откровенно, как человек, прочитавший буквально 5 -6  книг из школьной программы (остальное в кратком содержании и выписках критики).  Нет, читать я люблю, но мои вкусы и содержание школьной программы, как правило, не совпадали.
Особенный цинизм ситуации школьного образования, почему-то,  заключался в стремлении не просто прочитать произведение, понять его содержание, оценить для себя. Нет, его надо было препарировать, разобрать по косточкам, вынуть мозги и взвесить, в лучших традициях патологоанатомов.  О какой любви к классической литературе, после всего этого, можно говорить?
Тем не менее, когда учебная необходимость читать пропадает, а проходящие годы стирают в сознании ужасы школьных сочинений, начинаешь открывать для себя «старых добрых корифеев». И открывать с самой положительной стороны. Простите за долгую лирику. 
Итак. Я бы хотела представить Вам прекрасный сборник известных зарубежных авторов. В нем опубликованы малоизвестные рассказы, таких замечательных писателей, как:  А.К.Дойл,   Д.М.Барри,   Г.Р.Хагард,   Э.Несбит, Дж.К.Джером,   Р.Киплинг,    Д.Ф.Робинсон
Отличительная черта этих рассказов, в том, что они редко попадают в основные собрания авторов. Так, например, я впервые открыла для себя несколько произведений А.К.Дойла, хотя дома имеется его целое собрание сочинений. 
Рассказы, включенные в сборник, объединены общей мистической тематикой. И если Вам нравятся подобного рода произведения, то у Вас будет прекрасная возможность познакомиться поближе с английскими призраками. От себя лично, могу порекомендовать рассказ Дж.К.Джерома «Кот Дика Данкермана».  Тонко, с оттенком мистики и глубоким философским смыслом. Производит поистине неизгладимое впечатление.

Удачного прочтения!

Читайте классику, не когда это «надо», а когда просто «хочется»!


пятница, 15 февраля 2013 г.

Александр Беляев «Голова профессора Доуэля»


– Я не есть это мочь! – в отчаянии закричала Лоренца. – Моя голова… ничт… не мочь это запимоинайт…
– Может! – спокойно сказал Калиостро. – Голова все может…

…голова – предмет темный и исследованию не подлежит.

– Вот ты с кем соревнуешься, – покачала головой Лоренца.
– Да! – торжественно произнес Калиостро. – Другие соперники мне неинтересны… 
Григорий Горин.  «Формула любви»


 
Вначале была Мари. Что уж тут скрывать? Именно она много лет назад поразила  юное сердце. Именно ее образ захватил воображение и остался в памяти на долгие годы. Потрясло то, что не обладая никакими возможностями, не имея никаких ресурсов, лишь горя желанием добиться справедливости, молодая хрупкая женщина противостояла умному, хитрому, опытному и жестокому человеку, что проделывает свои мрачные делишки, прикрываясь белым халатом.  
            Я никогда не была связана с медициной. Ну, как не была? Была, конечно - болела в детстве часто.  Врачи прикладывали к горячему тельцу холодный фонендоскоп, простукивали спину, заглядывали в рот и  что-то там говорили на непонятном языке медсестрам. Те засовывали в подмышку термометр, при необходимости чем-то кололи и проводили разные другие манипуляции, не доступные неподготовленному смертному. Доктора выписывали порошки и микстуры, «садили на больничный», а по прошествии недели-другой и пары приёмов, где снова стучали и мерили телесные градусы, ссаживали с «бюллютня». (В худшем варианте грозила больничка, куда клали с более серьезными, чем ОРЗ, диагнозами.)
            Простите за лирику. Она была нужна лишь за тем, чтоб объяснить: я никогда не соотносила реальных врачей и персонажей этой книги. Они всегда двигались в моей жизни параллельными курсами. Герои Беляева были слишком другими, чтоб походить на тех, с кем сталкивали меня хворобы.  Но для меня они были даже более живыми и абсолютно реальными.


            Бог знает, почему именно эта книга так задела. В родне никаких эскулапов не было никогда, и сама я совершенно в медицину не рвалась (кажется, даже градусник куклам не ставила, не говоря уж о препарации лягушек в домашних условиях). Но это уже сейчас понимаешь, что не в медицине здесь было дело.
            И даже не в любовных линиях. Которые, скорее, не линии, а пунктиры, ведь речь шла о зарождении чувств. Легкая романтика для красоты сюжета. И в юности меня это, разумеется, привлекало очень. Но и не это стало главным.
            С младых ногтей мы понимаем, что человека должно оценивать по достоинству, по заслугам. И если кто-то присваивает себе чужие труд, поступки, открытия, это вызывает справедливое возмущение. Поднимает голову жажда справедливости. Хочется правды.
            Герои книги, несмотря на их полную достоверность, скорее представляют собой базовые архетипы, идеи и образы в человеческом обличии. Аналогии довольно прозрачны, вы их с легкостью прочтете.
            Профессор Доуэль. Гениальный ученый, блестящий оратор, мудрейший человек, первопроходец. Этакий Прометей, желающий отнести свет людям. Его идеи должны были принадлежать всему человечеству, служить тому во благо. Доуэль бескорыстен, предан науке, но не чужд простых жизненных радостей. Он, конечно, идеалист, и потому, конечно, проигрывает.
            Профессор Керн. Ассистент. Его учили и ему доверяли. Он талантлив, собран, целеустремлен, работоспособен. Но его намерения крайне далеки от идеалов наставника. Он завистлив, а зависть очень сильный стимул и  очень популярная причина убийств (во многих Сальери дремлет до поры).  Керн скрытен, честолюбив, тщеславен  и не заморачивается этическими вопросами. Именно он «воткнет нож в спину» учителя, воспользовавшись подходящим случаем. Ну, Иуда, конечно.
            Мудрец-Учитель и Ученик-Предатель. Вечный сюжет. Главные герои «Головы профессора Доуэля».
            И Мари. Тоненькая парижанка -  беретик на светлых волосах, каблучки по мостовой…
            Начальные строки текста я долго помнила, как «Отче наш».  Эта первая встреча производила на меня совершенно магическое впечатление. Наваждение какое-то! Девушка входит в сумрак кабинета. Садится.  Горит настольная лампа, тени бродят по стенам. Керн закончил читать письмо, он снимает очки, закрывает усталые глаза, потирает переносицу, затем смотрит на Мари и задает свой главный вопрос: «Вы умеете молчать?».
            Она пришла наниматься на работу. Керн взял её, но поставил жёсткое условие: рот на замке обо всём, что она здесь увидит и слышит. «ВСЁ» – это голова профессора Доуэля. Мари видела этого человека не раз, живым и в полной комплектации, а вот теперь – только голова. Это стало для неё серьёзным испытанием.


            Книга написана в 1925 году, почти сто лет назад. Тогда ли, сейчас ли, думаю эффект был бы одинаков. Глубокий обморок – самое безобидное, что могло бы произойти с несчастным, узревшим отделённую от тела, но ЖИВУЮ человеческую голову. Голову, которая пристально смотрит, моргает и шевелит губами. А под ней, в стеклянном кубе, обмотанное проводами, бьётся сердце. В такой ситуации тронуться умом – это очень запросто.     
            Но медики – люди закалённые. Кроме того, если так нужны деньги, то не до капризов, и доктор Лоран становится сиделкой «осколка» великого человека. А когда Голова начинает говорить, то Мари узнает немало и о Доуэле, и о Керне.
            Ученые – это такие специальные люди, которые без конца и края вмешиваются в промысел Божий. А медики в этом процессе занимают, по-моему, лидирующие позиции. Наши герои оживляли человеческие органы. Конечной целью опытов и трудов было оживление как раз человеческой головы.   Получилось.   
            Для Доуэля стопроцентно сработало «за что боролись, на то и напоролись». Всю тяжесть существования такого вот «огрызка» профессор прочувствовал на себе: обездоленное существо, лишенное элементарных возможностей.
            (Мы воспринимаем своё тело, как данность. И страшно подумать, чего можно лишиться. Необыкновенно пронзительный рассказ злосчастного профессора может хоть кого-нибудь сподвигнет относиться к своему организму более бережно. Ведь что имеем – не храним… )  
            Идеи Доуэля  Керн пытается применить на практике, но его способности много слабее, чем у наставника. Он это понимает, завидует, злится. Но теперь он – Царь и Бог, и учитель у него в руках. Керн владеет ситуацией и знает, как заставить Голову работать на него, причём с максимальной отдачей (очень эффективный способ с такими, как Доуэль).   Но Мари стала его фатальной ошибкой.
            Мадемуазель Лоран, узнав, как ее работодатель поступил с Доуэлем, решила, что это преступление и подлость, и все должны знать, что за фрукт знаменитый Керн. Нечего убийце, паразитирующему на уме гениального ученого, стоять на пьедестале и морочить людям голову. Он должен ответить за все свои грехи.
            Мари из породы Героев-освободителей, героев-избавителей и вообще Героев. Нет, это не «Свобода» Делакруа, что с голой грудью, да на баррикады. Лоран – тип тихого и скромного героя.  На вид они могут быть не опасней белки, но своей волей способны гнуть железо. Они решительны и смелы. Они не пожалеют жизни, чтоб восторжествовала справедливость. Однако, не путайте их с фанатиками, те, обыкновенно, плевали на чужие жизни.  Эти же к любым божьим созданиям относятся бережно, не хотят невинных и лишних жертв. Мозги у них тоже в наличии и они умеют ими пользоваться. 
            По молодости лет мне казалось, что Керну Мари нравилась. За красоту, ум, целостность, принципиальность и смелость. И не будь он так повёрнут на славе, то оценил бы девушку. Но запредельные амбиции удавили все чувства в зародыше. Желание сравниться с учителем, а то и переплюнуть его, а еще, даже лучше, стать творцом и демиургом, превращалось в навязчивую идею. А бешеное честолюбие и корысть лишь приближали крах и неизбежный печальный конец способного, в общем, человека.
           
            Удивительно, что у настолько кинематографичной книги не было ни одной экранизации.  Снятое «по мотивам» «Завещание профессора Доуэля» экранизаций считать нельзя ни в коем случае. Фильм чудовищный. Снять такое, по-моему, можно только из глубокой личной неприязни к автору вообще, и к данной книге в частности. Ничем другим
объяснить подобное надругательство над текстом я не могу. И, если решитесь познакомиться с «Головой…» не начинайте с фильма, потом читать не будете, всякое желание пропадёт напрочь. 
            А книга ведь очень достойная. Может, по нынешним временам, где-то наивная, но образы и характеры героев ярки, достоверны и искренны. И, несмотря на кажущуюся простоту текста, книга поднимает совсем не простые  вопросы.
            Это роман о мере ответственности человека, учёного за свои деяния. О том, что законы природы отменить или победить нельзя, что есть грани (смерть-бессмертие из их числа) за которые человека не пустят, как он туда не стремится.
            Это роман о непомерной плате за успех, о цене ошибок, о необоснованных притязаниях и о раскаянии. О понимании, что любые создания  «докторов Франкенштейнов»  будут существовать только до тех пор, пока боги (любые, как их не назови -  суть не меняется) это безобразие терпят. Человек мнит о себе слишком много, от того и многие беды.
            Вы, возможно, увидите в этой книге что-то своё. Может, совсем иное, чем я. Может, прямо противоположное. В любом случае,
            удачного  прочтения!
           
           
           




           
         




среда, 13 февраля 2013 г.

Герберт Уэллс "Под властью любви"

 Любовь в разлуке крепнет. (английская пословица)


Это классик мировой фантастики. Классик, который меня удивил. Я никогда не думала, что он пишет такие замечательные книги о любви. И что он такой знаток человеческой души.

Особенно хороша первая повесть (их две в книге).
Это дневник человека, который решил исповедоваться своему сыну. Рассказать ему про свою жизнь, чтобы между ними  не было никаких недоговоренностей.
И перед нашим взором разворачивается трагическая история любви двух людей. Любовь друг к другу они пронесли через всю жизнь.
А жизнь их разлучала всеми способами на какие только была способна: сначала неравное положение в обществе, потом замужество любимой. Недолгая радость от встреч и неприятная ситуация, когда о них узнал муж. Затем снова расставание, женитьба главного героя, рождение детей. Странная переписка и снова случайная встреча.
И, знаете, в данном случае, как говорится "и только смерть разлучит их".
У Уэллса, как оказалось, был дар не только придумывать разные фантастические истории, но и дар рассказываать о глубине человеческих чувств и переживаний.
Рекомендуется к прочтению любителям жизненных историй в стиле сестер Бронте. Это настоящая "английская"  любовь.